21 vek

Electronic pop with synthesizers, moderate tempo, and futuristic mood, featuring male vocals with a deep, resonant timbre. Crisp drum machines and filtered basslines drive the production.

Алло… Да на связи я. Смотрю вокруг и нихуя не понимаю. Какой сейчас год? Двадцать шестой? М-да… Приехали. Погнали. Куплет 1 Век скоростей, но все стоят на месте, Двадцать шестой наступил без лишней лести. Пацаны в штанах, что шире их амбиций, Ищут хайп, забыв про лица и границы. Где то время, когда слово было сталью? Когда за косяки реально отвечали? Сейчас все в гаджетах, в онлайне, в виртуале, Своё прошлое на пиксели проспали. Они не знают, как пахнет порох и земля, Для них «проблема» — если сеть легла. Кричат про стресс, депрессию и драму, Пока в кофейнях пьют свой раф за счет мамы. Вместо понятий — тренды из тиктока, Вместо парней — скопление порока. Мы выросли на улицах, где верили глазам, А этот новый мир... я не пойму его и сам. Припев Две тысячи двадцать шестой, а люди те же, Только искренность заходит сука реже. Где наше прошлое? Растаяло как дым. Мир стал чужим, хотя казался молодым. Две тысячи двадцать шестой, кругом витрины, Но за душой у них — пустые магазины. Куплет 2 А девчонки? Это отдельный, блядь, сюжет, Там скромности в помине больше нет. Губы надуты так, что тяжело дышать, Зато в запросах — сразу «миллион баксов дать». Она сидит в кабаке, глядит сквозь тебя, Ищет того, кто оплатит счета, любя. Вся в брендах, в пафосе, лицо — кирпичом, Но если снять ресницы — там вообще ни о чём. Ахуевшие лица, пустые глаза, В голове не мысли, а подписок гроза. Им подавай Мальдивы, Дубай и комфорт, А внутри — дешёвый, заезженный сорт. Ты ей про душу, про верность, про дом, Она считает, сколько сил в кошельке твоём. Где те девчонки, что умели просто ждать? Сейчас умеют только ценники сбивать. Аутро (Вариант 3) (Бит медленно затихает до полной тишины) Раньше за базар отвечали, теперь за лайки борются. Смешно, блядь. Ладно, пацаны, каждому своё. Девчонкам — Дубай, зумерам — тикток. А нам — своё кино.