Горькая слеза

pop, arabic oriental, sad, powerful, relaxed tempo (~98 BPM), ringing timbre, edgy timbre, violin, accordion

Куплет 1: По дороги иду, по дороге судьбы. Мне сказали родные, без дедушки ты. И снова дни унылой чередою Тот день хочу забыть, но увы, как слезы проливали мой отец и моя мать Как бегут дни, стараясь дни, когда ты безжалостной рукою обрезана бесценной жизни нить. Припев: Горькая слеза скатилась по щеке моей Голову родных покрыло лёгким серебром Как бы мне хотелось многое в жизни изменить Но в прежний мир уж не открыть дверей... Обречены мы теперь на разлуку вечную Куплет 2: Мы стали вдруг чужими среди своих, Как будто мир раскололся на двоих. Они решили: мы теперь обречены, Оставили одних — среди холодной тишины. Но вопреки всему мы продолжаем путь, Сквозь боль и тьму сумеем снова вздохнуть. Пусть Бог рассудит, мне не нужно выносить приговор, Но руку не протянем — закрыт тот разговор. А кто смеялся, видя нашу боль и грусть, Тот первым заплатит, я знаю — это будет пусть. Судьба не любит тех, кто радость строит на чужой беде, И эхо горя вернётся к ним в чужой, глухой черте. Припев: Горькая слеза скатилась по щеке моей, Голову родных покрыло лёгким серебром. Как бы мне хотелось многое в жизни изменить, Но в прежний мир уж не открыть дверей… Обречены мы теперь на разлуку вечную. Куплет 3: Я помню тот день — тишина, земля и крест, У могилы бабушка шептала: «Боже, дай нам сил хоть здесь». Слеза дрожала на её усталых ресницах, А сердце рвалось в клочья, сгорало в горьких страницах. Отец молчал, но я чувствовала, как внутри он кричал, Ведь судьба у него часть души навек оторвала. Ты был для него не просто отцом — ты был опорой и стеной, Теперь в груди у папы — тишина и холод ледяной. Прости, Господь что спорю с тобой, знаю — с Богом спорить нельзя, Но просто пойми, как тяжело в груди без единственного любимого человека. Но как же хочется вернуть те дни, где ты с нами, где весна. Я помню, как слеза скользила по твоей щеке, Ты прятал её от всех — хотел казаться сильным вдалеке. Ты ушёл, прожив жизнь достойно, честно, до конца, Оставил свет, что греет даже сквозь года и сквозь сердца. Ты не виноват, что время оборвало нить, Твой след в душе останется — его не стереть, не забыть. Припев: Горькая слеза скатилась по щеке моей, Голову родных покрыло лёгким серебром. Как бы мне хотелось многое в жизни изменить, Но в прежний мир уж не открыть дверей… Обречены мы теперь на разлуку вечную. Куплет 2: Мы стали вдруг чужими среди своих, Как будто мир раскололся на двоих. Они решили: мы теперь обречены, Оставили одних — среди холодной тишины. Но вопреки всему мы продолжаем путь, Сквозь боль и тьму сумеем снова вздохнуть. Пусть Бог рассудит, мне не нужно выносить приговор, Но руку не протянем — закрыт тот разговор. А кто смеялся, видя нашу боль и грусть, Тот первым заплатит, я знаю — это будет пусть. Судьба не любит тех, кто радость строит на чужой беде, И эхо горя вернётся к ним в чужой, глухой черте. Припев: Горькая слеза скатилась по щеке моей, Голову родных покрыло лёгким серебром. Как бы мне хотелось многое в жизни изменить, Но в прежний мир уж не открыть дверей… Обречены мы теперь на разлуку вечную. Куплет 3: Я помню тот день — тишина, земля и крест, У могилы бабушка шептала: «Боже, дай нам сил хоть здесь». Слеза дрожала на её усталых ресницах, А сердце рвалось в клочья, сгорало в горьких страницах. Отец молчал, но я чувствовала, как внутри он кричал, Ведь судьба у него часть души навек оторвала. Ты был для него не просто дедом — ты был опорой и стеной, Теперь в груди у папы — тишина и холод ледяной. Прости, что спорю с небом, знаю — с Богом спорить нельзя, Но как же хочется вернуть те дни, где ты с нами, где весна. Я помню, как слеза скользила по твоей щеке, Ты прятал её от всех — хотел казаться сильным вдалеке. Ты ушёл, прожив жизнь достойно, честно, до конца, Оставил свет, что греет даже сквозь года и сквозь сердца. Ты не виноват, что время оборвало нить, Твой след в душе останется — его не стереть, не забыть. Припев: Горькая слеза скатилась по щеке моей, Голову родных покрыло лёгким серебром. Как бы мне хотелось многое в жизни изменить, Но в прежний мир уж не открыть дверей… Обречены мы теперь на разлуку вечную.