Остановился девятнадцатый их век

Russian melancholy acoustic ballad, deep slow piano, weeping violin, heavy vocal echo, strong delay effect, spacious reverb, haunting vocal, dynamic building, emotionally devastating, Heavy vocal echo и Strong delay effect Spacious reverb, orchestral, mid tempo (~105 BPM), female vocal, cello, trombone, oboe

1. В холодном Петербурге у реки, Где гаснут свечи и застыли тени, Сжимал поэт нагаевские строки, Встречая свой последний, страшный гений. Там Ле́рмонтов глядел на синий порох, Там Пу́шкин падал на январский снег, И в этих тихих, роковых заборах Остановился девятнадцатый их век. 2. А время шло, сменяя декорации, И в «Англетере» замерла петля. Серге́й Есе́нин посреди тумана Шептал «прощай», к груди прижав поля. Он кровью написал свои три слова, Оставив плакать русскую избу, И до сих пор от этого былого Мы проклинаем дерзкую судьбу. 3. В Елабужский глуши, в тиши казенной, Где выла вьюга или выл ветрище, Мари́на Цвета́ева — поэт неприрученный — Нашла свое последнее кладбище. С петлей в руках, без хлеба и без крика, Она ушла, оставив нам набат. И плачет стих её, святой и дикий, Уже почти сто лет тому назад. 4. Они ушли, но рукописи живы, Горят в сердцах сквозь копоть и года. Их строчки — непридуманные срывы, Живая, настоящая беда. Пока мы плачем над катреном строгим, Пока от боли разрывает грудь — Они бессмертны. По заветам Бога Продолжат свой документальный путь.